Меню

Картезианские медитации эдмунд гуссерль

Картезианские медитации эдмунд гуссерль

librarium запись закреплена

Эдмунд Гуссерль и основные идеи феноменологической философии.

Эдмунд Гуссерль (1859-1938) – немецкий мыслитель, родоначальник феноменологии, что буквально означает учение о феноменах, понимаемых им как возникающие в сознании смыслы предметов и событий.

По Гуссерлю, феноменология – это «строго научная философия» о феноменах сознания как о чистых «сущностях, образующих мир идеального бытия», о «самоочевидных логических принципах», дающих возможность очистить сознание от эмпирического содержания, во всей его частной конкретике, что осуществляется с помощью многоступенчатого метода «феноменологической редукции». В результате из рассмотрения исключаются (или «заключаются в скобки») весь окружающий мир, существующие взгляды, научные теории и сам вопрос о существовании того, что является предметом исследования. Такая редукция являет собой прием обоснования, идеализации. Следовательно, феноменология по своей сути является наукой факта – предельно обобщенного и идеализированного. Сам Гуссерль называет ее дескриптивной, т.е. описательной, наукой. Он выступал с резкой критикой скептицизма и релятивизма, обвиняя их в психологизме, когда всякий познавательный акт определяется по своему содержанию структурой эмпирического сознания. Если так, то ни о какой истине, которая бы не зависела от нашей субъективности, нечего и говорить: она невозможна. В с воем труде «Логические исследования» Гуссерль говорит, что логические законы не психологичны по природе, тем самым критикуя психологизм. По Гуссерлю, науки о природе и обществе непрерывно нуждаются в определенном философском обосновании. В «Логических исследованиях» Гуссерль так определил объект, цели и метод философии: ее основной объект – это научное знание и познание, ее цель – построить науку о науке, т.е. «наукоучение».

Феноменология как философское направление: vk.com/wall-52526415_17221

Решающая проблема теории познания – проблема объективности познания. Философское исследование дополняет научные работы естествоиспытателя и математика и завершает чисто подлинное теоретическое познание. Философия – наука о феноменах сознания.

Гуссерль призывал к свершению «эпохе» — воздержанию от какого-либо утверждения. В результате редукции остается последнее неразложимое единство сознания – интенциональность, т.е. направленность сознания на предмет. Гуссерль под интенциональностью понимал такую направленность сознания на предмет как обобщенно-чистую структуру сознания, свободную от индивидуально-психологических, социальных и иных фактов. Т.о. Гуссерль стремился решить гносеологический вопрос о связи субъекта и объекта. Феноменология призвана служить своего рода связующим звеном между ними, быть одновременно представителем духовного мира и трансцендентального мира сущего. Хотя сами сущности у него выступают как «значения», не обладающие собственным статусом. В этом мыслитель видел метод постижения сущности событий.

В последний период его жизни он обратился к идее «жизненного мира», что вело его к философии жизни. Он выступал против господства сциентизма (абсолютизации науки, прежде всего естествознания как единственного образца собственного научного способа осмысления сущего). Идеи Гуссерля послужили одним из источников экзистенциализма и герменевтики.

1-3. Логические исследования
4. Избранные работы
5. Кризис европейских наук и трансцендентальная феноменология
6. Картезианские медитации
7. Идея феноменологии
8. Идеи к чистой феноменологии и феноменологической философии
9. Феноменология внутреннего сознания времени

1. Логические исследования

«Логические исследования» (1900-1901) Эдмунда Гуссерля являются отправной точкой феноменологического движения. Первый том этого труда «Пролегомены к чистой логике» посвящен критике господствовавших на рубеже XIX-XX вв. направлений в теории познания. Главной болезнью философии своего времени Гуссерль называет психологизм — современные ему проекты психологического обоснования логико-математического и философского знания. На примере ведущих логических учений второй половины XIX в. он доказывает, что психологическое и в целом эмпирическое обоснование науки упускает качественное различие между эмпирическим и идеальным познанием, игнорирует особый статус логико-математических законов, ведет к релятивизму в теории познания. В конце первого тома Гуссерль формулирует программу собственного «Наукоучения» — новой науки о науке, нацеленной на исследование априорных условий возможности научного познания. Критика психологизма Гуссерля инициировала широкую дискуссию, в которую было вовлечено большинство ведущих философов начала XX в.

Во введении ко второму тому «Логических исследований» разъясняется принцип беспредпосылочности как основной принцип феноменологии и коррелятивное ему основное требование: «К самим вещам!», которое становится лозунгом феноменологического движения. Феноменология вводится как нейтральная наука, которая должна стать основой как логики, так и психологии. Первую часть второго тома составляют пять исследований, объединенных общей темой: корреляция значений как идеальных единств и актов сознания, в которых конституируются значения.

В первом исследовании вводятся основные различия: между знаком как указанием и знаком как выражением значения, между значениями в коммуникативной речи и в одинокой душевной жизни, между интенцией значения (пустой интенцией) и осуществлением значения, между значением и предметом. Во втором исследовании рассматривается различие интенции общего и единичного, при этом восприятие полагается в качестве необходимой основы усмотрения сущности. В третьем и четвертом исследовании рассматриваются структурные отношения значений.

Введенное в третьем исследовании различие между самостоятельными и несамостоятельными частями подготавливает основное различие четвертого исследования — между самостоятельными и несамостоятельными значениями. Высказывается идея чисто логической грамматики, которая должна установить формальную связь значений и позволить избежать отсутствия смысла и бессмыслицы. В пятом исследовании дан очерк феноменологической теории сознания как связей переживаний и как интенциональных актов.
Для студентов и всех интересующихся современной философией.

Читайте также:  Медитация аум ошо как проходит

4. Избранные работы (2005)

Помещенные в настоящем издании работы не претендуют на полное и систематически связанное представление феноменологии Гуссерля. Однако они дают возможность познакомиться со всеми периодами его феноменологического творчества. Работы упорядочены хронологически и являются воспроизведением уже существующих публикаций, рассеянных, однако, по самым разным изданиям (некоторые из них в настоящее время труднодоступны).

5. Кризис европейских наук и трансцендентальная феноменология

«Кризис европейских наук и трансцендентальная феноменология» — последняя большая работа Гуссерля. Главная рукопись датируется 1935-1936 гг. Над проблемной областью «Кризиса» Гуссерль работал с 1934 по 1937 г. Внешним поводом к началу работы над сочинением было приглашение Wiener Kulturbund (Венского культурного союза) выступить с докладом, который Гуссерль прочел в Вене 7 мая 1935 г. и, следуя единодушному желанию публики, повторил 10 мая. Доклад назывался «Философия в условиях кризиса европейского человечества».

6. Картезианские медитации

В этом произведении Гуссерль предпринимает попытку систематизации феноменологии в форме неокартезианства и отчасти, в пятой медитации, — лейбницианства. Методическое сомнение Декарта заменяется строгим проведением феноменологической редукции, которая должна открыть сферу трансцендентальной субъективности как бесконечного поля конститутивной работы, т. е. установления смысла любого рода предметности. Чтобы отвергнуть обвинения в солипсизме, в пятой медитации Гуссерль предпринимает попытку описания структуры опыта Чужого, т. е. конституирования выходящего за пределы собственной сферы сознания того или иного Я. Предпринимается попытка определить конститутивные основы различных общностей монад: от пары до человечества. Различного рода сообщества рассматриваются как источники конституирования смысла объективного мира и объективного познания.
Для студентов и всех интересующихся современной философией.

7. Идея феноменологии

Лекции «Идея феноменологии» отражают переломный момент в творчестве Э.Гуссерля, знаменующийся переходом от дескриптивной психологии к эйдетической феноменологии. В них Гуссерль впервые приступает к детальной разработке метода феноменологической редукции, а также основополагающей идеи конституции предметов в сознании.
Текст снабжен полновесным научным аппаратом — вступительной статьей, содержательным научным Комментарием и терминологическим словарем.

Настоящее издание адресовано преподавателям и студентам философских факультетов, а также всем интересующимся историей европейской философии.

8. Идеи к чистой феноменологии и феноменологической философии (2009)

Ключевая работа основателя феноменологии — одного из ведущих направлений современной мысли, подвергающего анализу непосредственные данности сознания — представляет собой подробное введение в феноменологическую проблематику. В книге обосновывается понимание феноменологии как чистой науки, философского метода и мыслительной установки. Традиционные философские вопросы о восприятии и переживании, о сознании и мышлении, о разуме и действительности разворачиваются оригинальным образом. С немецкой обстоятельностью Гуссерль разбирает особенности феноменологической редукции, учения о ноэме и ноэзисе, позиции трансцендентального идеализма.

9. Феноменология внутреннего сознания времени

Лекции Э. Гуссерля о сознании времени, впервые опубликованные в 1928 г., – исследования легендарные. Многие на них ссылаются, но разобраться в них довольно непросто. Русский перевод вышел в 1994 г., но во многих местах оказался дюже непонятным. Поэтому решил раздавать вместе с немецким текстом и несколькими разъясняющими работами.

Источник

Путь к Другому в «Картезианских медитациях» Текст научной статьи по специальности « Философия, этика, религиоведение»

Аннотация научной статьи по философии, этике, религиоведению, автор научной работы — Новиков Михаил Алексеевич

Текст научной работы на тему «Путь к Другому в «Картезианских медитациях»»

ПУТЬ К ДРУГОМУ В «КАРТЕЗИАНСКИХ МЕДИТАЦИЯХ»

Проблема интерсубъективности является одной из основных в феноменологии Гуссерля. В статье предпринята попытка анализа гуссерлев-ской постановки и решения этой проблемы в пятой медитации «Картезианских медитаций».

Ключевые слова: феноменология, интерсубъективность, Гуссерль, сознание, трансцендентальное ego.

На наш взгляд, проблематика интерсубъективности является одной из основных в современной философии. В данной статье предпринята попытка анализа одного из вариантов ее решения, предложенного Гуссерлем в «Картезианских медитациях».

Пятая медитация начинается с упреков в солипсизме. Феноменология, развивая учение о трансцендентальном ego, попадает в своеобразную солипсистскую ловушку. Поскольку если мы исходим только из данностей нашего сознания, из первоочевидности ego cogito, которое конституирует мир, то все предметности этого мира, в том числе и люди, становятся конституированными единствами, и следовательно, существует только одно конститутивное ego как оно само. Тогда все за пределами данностей ego cogito попросту не существует, лишается статуса существования. Solus ipse. Этот упрек в солипсизме подразумевает, что никакой науки построить невозможно. Почему? Солипсизм предполагает некую замкнутую сферу, это некая система восприятий, мировоззрений, суждений, которая может быть отнесена к определенному субъекту, но науки никакой не может быть потому, что она предполагает некую общезначимость. Если мы считаем, что нечто таково, то это не данность исключительно моего сознания, а то, что принимается многими сознаниями, по крайней мере некой группой исследователей.

Читайте также:  Медитация как правильно писать

© Новиков М.А., 2011 208

Как же мы получаем смысл чужого, того, что не принадлежит нам в качестве содержания наших переживаний, «как в таком случае обстоит дело с другими Ego: ведь они, конечно, не только представление и представленное во мне, не только синтетические единства, которые могут найти свое подтверждение во мне, но по смыслу своему суть именно другие?»1

Гуссерль здесь сталкивается со следующим парадоксом. Если мы делаем феноменологический заход, то мы не должны допускать чего-то такого, что выходит за пределы нашей возможности конституировать, установить его смысл, но если мы устанавливаем смысл «Другой», «Чужой», то этот смысл тоже как бы является нашим. Как же здесь быть, как мы приходим к опыту Чужого?

нас к опыту чужого. Мы через Другого понимаем то, что нечто для нас может быть чужим, т. е. не принадлежащим нам, но не в плане собственности, а в плане данности, в плане возможной распоря-жаемости. Допустим, перед нами дерево. Мы его срубили. Мы и с Другим можем поступить аналогичным образом, но мы не можем так поступить с его сознанием, с его опытом. Мы можем расстрелять человека, но мы не можем расстрелять его опыт.

Параграф 43 «Картезианских медитаций» называется «Ноэма-тически-онтический модус данности Другого как трансцендентальная путеводная нить для теории конституирования опыта чужого». Разберемся с терминологией. Почему онтический модус данности? Данность Другого дана нам как существующее, как сущее. Он дан нам в мире как некое сущее, как некоторый смысл (это и подразумевается под ноэматическим модусом данности), и эта данность есть «путеводная нить» к опыту чужого.

Проанализируем эту данность. С одной стороны, другие даны нам как некие объекты мира, но не просто как вещи, другие даны нам как управляющие своей телесностью, «своеобразно переплетенные с телами, они как психофизические объекты существуют в мире»4. С другой стороны, они нам даны как субъекты, имеющие этот мир в опыте. Иными словами, другой человек этот общий для нас мир имеет в своем опыте. Во всяком случае, речь идет о том, что я и Другой имеем в качестве данности некий общий интерсубъективный мир, существующий для каждого.

Следовательно, мир не есть мое приватное синтетическое образование, Другой наличен для меня, в мире существуют не просто некие природные объекты и Я, в мире существуют еще и другие. «В рамках своей трансцендентально редуцированной чистой жизни сознания я обладаю опытом мира совместно с Другими»5. Чтобы прояснить это, нужно шаг за шагом анализировать интенцио-нальную жизнь, «нужно начать с систематического развертывания явной и имплицитной интенциональности, в которой свершается для меня бытие Другого»6. Иными словами, Гуссерль хочет найти в границах трансцендентального ego такую интенциональность, в которой бытие Другого дано, которая ведет к смыслу Другого. Как раскрыть и проанализировать эту интенциональность, ведущую к Другому?

Необходимо освободить весь горизонт опыта от всего чужого, исключить из своей смысловой сферы все, что так или иначе относится к Другому. Таким образом, в феноменологической установке Другой есть коррелят интенционального конституирования, конститутивный результат действий моей интенциональности, и от этих конститутивных результатов необходимо отстраниться, подвергнуть их эпохе.

Итак, для того чтобы раскрыть интенциональность, ведущую к Другому, Гуссерль предлагает сначала осуществить тематическое эпохе, выделить сферу специфически собственного («совокупность связей той интенциональности, актуальной и потенциальной, в которой Ego конституирует себя в своем своеобразии»8). Это исключит конститутивные действия интенциональности, ведущей к чужому, и позволит прийти к специфически собственной сфере, к сущностной структуре универсального конституирования. В нем и проживает свою жизнь трансцендентальное ego как ego, конституирующее объективный мир9.

В этой сфере мы находим все истоки конституирования, в том числе и исток конституирования чужого. «Заключенная лишь во мне самом и для меня самого сфера собственного включает в себя любую интенциональность, в том числе и направленную на чужое. »10

Таким образом, внутри сферы специфически собственного мы обнаруживаем некую интенциональность, которая выводит за пределы специфически собственной сферы моего трансцендентального еgo, которая конституирует некое еgo не как Я-сам.

В феномене мира, который у нас остается после этой абстракции чужого, Гуссерль выделяет некую подпочву, которую обозначает как специфически собственную природу, просто природу (bloße Natur).

Последняя, правда, тоже возникает в результате абстракции, а именно в результате абстрагирования от всего психического и от предикатов объективного мира, имеющих источник в человеческой личности12.

Итак, в этой природе мы выделяем свое собственное тело и не просто как некий объект, а как тело-плоть, которым мы действуем, которым мы распоряжаемся. Именно через проблему тела, выделение своего тела-плоти, можно разрешить проблему Другого. Другой всегда дан нам в первую очередь телесно, как распоряжающийся своим телом. Когда я редуцирую других к моей собственной сфере, то я получаю в этой сфере тела. Гуссерль выделяет свою телесность как некий субъект, который действует, то, чем мы распоряжаемся. Мы можем распоряжаться своей физической телесностью, мы управляем психически своим телом, но мы не можем распоряжаться изнутри телесностью Другого.

Читайте также:  Медитация ванная отдых релакс массаж ассоциации

Резюмируем ход мысли Гуссерля. Сначала мы выделили сферу специфически собственного посредством тематического эпохе, в ней мы обнаружили интенциональность, выводящую нас за пределы этой сферы, к чужому. Далее внутри этой специфически собственной сферы мы обнаружили некую подпочву, которую Гуссерль называет «просто природа» (bloße Natur). Она включает в себя тела с привилегированным положением моего тела-плоти, которым мы можем управлять в отличие от телесности Другого. Здесь «возникает проблема, как следует понимать то, что ego имеет в себе и может вновь и вновь образовывать такие интенциональности нового вида с присущим им бытийным смыслом, посредством которого оно всецело трансцендирует свое собственное бытие»14.

Иными словами, Гуссерль ставит вопрос об интенциональности, посредством которой ego выходит за свои собственные пределы.

Одним из важнейших результатов редукции к сфере специфически собственного в этом опыте было то, что она выявила в нем некую ин-тенциональную подпочву, в которой редуцированный мир удостоверяется как имманентная трансцендентность15.

Речь идет о том, что в специфически собственной сфере обнаруживается интенциональность, результатом которой является пред-

ставление о трансцендентном, о том, что нечто есть за пределами нашей сферы. Это есть исходно-первичная трансцендентность, которая является «определенной частью моего собственного конкретного бытия в качестве Ego»16. Логика Гуссерля здесь такова: поскольку Другой трансцендентен мне, необходимо показать, что внутри специфически собственной сферы есть некая интенцио-нальная подпочва, которая фундирует трансцендентность.

Затем Гуссерль показывает, что на основе исходно-первичной трансцендентности разворачивается многоступенчатое конституи-рование трансцендентности, в частности трансцендентности объективного мира. Первой ступенью конституирования объективного мира Гуссерль считает конституирование Другого. В сущности этого конституирования «заключено то, что другие не остаются для меня обособленными, что конституируется скорее (естественно, в моей специфически собственной сфере) Я-общность, включающая меня самого, как общность друг с другом и друг для друга существующих Я, в конечном итоге общность монад»17.

Итак, исходно-первичная трансцендентность фундирует кон-ституирование трансцендентностей более высокого уровня, что открывает возможность конституировать Другого. Здесь обнаруживается то, что другие не остаются для меня обособленными, что конституируется общность, что мы не конституируем Другого как отдельного, мы конституируем некую общность, к которой принадлежит этот Другой. Таким образом, источник интенциональности, которая конституирует общность монад, Гуссерль обнаруживает в трансцендентальной субъективности, в специфически собственной сфере трансцендентального ego. В свою очередь трансцендентальная интерсубъективность конституирует объективный мир. Таким образом, объективный мир, который является результатом интен-ционального конституирования, имманентно трансцендентен, поскольку его исток лежит в сфере специфически собственного.

Опыт, согласно Гуссерлю, есть сознание изначально-подлинного (Originalbewusstsein). Восприятие вещи есть сознание изначально-подлинного, в восприятии вещь дана нам как она сама, но в случае восприятия Другого «мы без колебаний признаем, что ни само другое Я, ни его переживания, ни сами его проявления, ничто из того, что относится к его собственной сущности, не достигает при этом изначальной данности»18. Тем не менее, «когда в сфере нашего опыта появляется определенный человек, мы обычно говорим, что Другой предстает перед нами действительно сам (leibhaftig)»19. Отсюда Гуссерль делает вывод о необходимости некой опосредованной интенциональности, берущей начало в исходно-первичном мире, благодаря которой Другой предстает перед нами как нечто

Теперь Гуссерль делает следующий шаг и опять обращается к анализу восприятия Другого. Допустим, в сфере нашего восприятия появляется Другой. Мы приступаем к анализу сложного интен-ционального конституирования Другого с осуществляющейся аппрезентацией. Прежде всего в области восприятия, относящейся к нашей просто природе, мы обнаруживаем тело (Körper). Это тело, как мы уже показали выше, есть имманентная трансцендентность. Но тело Другого тоже понимается как тело-плоть, а не просто как некое материальное тело наряду с другими природными телами. Гуссерль показывает, что этот результат достигается за счет апперцептивного переноса.

Поясним ход его мысли. В рамках моей специфически собственной сферы я обнаруживаю собственное тело как тело-плоть,

затем я обнаруживаю тело Другого, которое подобно моему телу, и осуществляю апперцептивный перенос. Благодаря апперцептивному переносу мы постигаем, что тело Другого не просто материальное тело, а тело другого человека. Согласно Гуссерлю, этот апперцептивный перенос исключает действительное предъявление специфических предикатов телесности в непосредственном восприятии. Что это означает? Мы не можем воспринять телесность в ее предикатах. Например, мы не можем воспринять непосредственно боль другого человека. Мы можем увидеть проявления боли. Мы можем видеть бег человека, но мы не можем изнутри воспринять движения его тела.

1 Гуссерль Э. Картезианские медитации / Пер. с нем. В.И. Молчанова. М.: Акаде-

мический проект, 2010. С. 117.

2 Этим примером, равно как и самим фактом того, что мне что-то удалось понять

в философии Гуссерля, я обязан профессору В.И. Молчанову.

Источник

Adblock
detector